Menu
Пред След
A+ A A-

В Аткарске военной поры

  • Автор: Юрий Грачев

В Аткарске военной поры

Сотрудники аткарской милиции вспоминают, как обстояли дела в городе во времена войны. Приходилось даже ловить шпионов.

В начале 60-х годов в Аткарском горотделе милиции продолжали работать люди, начавшие свой трудовой путь еще в 30-х годах в системе так называемого НКВД.

Наиболее колоритной фигурой был участковый уполномоченный Андрей Захарович Арефьев – личность весьма противоречивая и даже загадочная. Но ко времени моего близкого с ним знакомства Арефьев представлял собой уже глубоко уставшего от жизни человека.

То, о чем хочу я рассказать, записано с его слов.

– Начало войны я помню с самого первого дня, – вспоминал Андрей Захарович. – После объявления по радио о нападении фашистской Германии, городок замер в ожидании большой беды, и за короткое время на улицах уже редко можно было встретить мужчин. Все ушли на фронт. По мере приближения немцев к Москве, нас перевели на казарменное положение. В городе начала действовать военная комендатура, а оперсостав Госбезопасности входил тогда в систему НКВД. И вскоре кражи, семейные склоки показались нам детским делом против того, чем предстояло заниматься. В Аткарск хлынул поток беженцев (эвакуированных). Среди них было много людей прямо и откровенно распускающих слухи о разгроме Красной Армии и скором приходе немцев. Очень часто поступали сигналы о высадке в окрестностях города парашютистов, диверсантов. В нескольких операциях и я принимал участие. Как-то прибежали двое мальчишек и рассказали, что видели в лесу (тогда тот лес назывался Дубрава) «трех дядей» в комбинезонах. Мы посадили пацанов впереди на седла коней и вместе с бойцами из комендатуры выехали туда. В лесу ребята показали нам овражек, заросший кустарником. Мы окружили это место и сквозь заросли увидели трех мужчин. Двое спали, третий сидел и курил. Видимо, они ждали наступления темноты. Мы взяли их без выстрелов, связали руки и пешком, между лошадей, довели до комендатуры. Задержанные вели себя нагло, не сомневаясь, видимо, в победе немецкой армии.

Я знал из истории войны, что шеф германской разведки «Абвер» адмирал Канарис перед нападением на Советский Союз доложил Гитлеру о создании в России «пятой колонны», которая по мере продвижения немецких войск должна будет взорвать тыл Красной Армии. Так оно и было. «Абвер» создал огромную сеть агентуры, подвижные отряды из переодетых в форму красноармейцев немцев. Агитаторы, провокаторы и просто бандиты наводнили города и села. В оборот было пущено много фальшивых денег.

В то время район города, который назывался «Солдатская слобода» – улица Кавказская и территория у старой водяной мельницы – имел самую скверную репутацию. Именно здесь почему-то было много воров, пьяниц, девиц легкого поведения. Около многочисленных голубятников, проживавших в слободке, всегда отирались подозрительные личности, местная шпана, скупщики краденного, карманные воры и просто приблатненные ребята. Много раз мы здесь накрывали воровские «малины». Брали матерых бандитов.

Вот тогда и случилась история, в которой особенного-то ничего и не было, но мне пришлось видеть, вот как тебя, и много раз беседовать с очень важным немецким шпионом. Осенью 41-го в Аткарске появилась очень красивая женщина. Признаться тебе, я никогда, ни раньше, ни после не видел женщин красивее ее. (Суровое лицо Андрея Захаровича как-то сразу смягчилось, расправились морщинки, глаза затуманились грустью дорогих ему воспоминаний).

Поселилась она в домике на моем участке у одной полуглухой старушки, и я пришел к ней с проверкой документов. Все было в порядке: советский паспорт, польская фамилия. Паспорт был выдан в городе Львове. Я спросил ее, как она оказалась в Аткарске. Ответ был обычным: спешная эвакуация на Восток. Остановилась в Аткарске, по профессии она портниха и думает в будущем заняться этим делом. Я спросил, кто у нее муж и где он сейчас? Она сказала, что муж работал инженером, остался во Львове, ну а сейчас он, наверное, сражается с немцами в рядах доблестной Красной Армии. И тут мне показалось, что в ее голосе послышалась усмешка.

Через несколько дней меня вызвал оперативник Госбезопасности и сообщил, что на моем участке живет женщина, назвал ее и сказал: «Ты хорошо следи за ней, кто к ней заходит, куда она…». Я все понял. Был молод и меня охватил профессиональный азарт. Я часто видел ее в компании подвыпивших офицеров. Однажды, уже поздно вечером, я вел наблюдение за ее домом. Прошел за кусты сирени и посмотрел в щель ставней. Женщина была в комнате. На ней был одет темный бархатный халат, доселе в наших местах не виданный. Мне показалось, что женщина чем-то обеспокоена. Прошло какое-то время, начал накрапывать дождь, и я хотел уже уходить, как вдруг услышал, что в дом кто-то вошел. Женщина встала, и в это время в комнате появился мужчина средних лет в форме майора НКВД. Этого человека я никогда не видел среди наших работников.

Я подумал, что это обычная любовная встреча, но они довольно сухо, по-деловому поздоровались и мне показалось, что офицер в подчинении у этой женщины. Разговор был серьезный. Стараясь вникнуть в суть разговора, прислушался, но тут же понял, что говорят они на совершенно непонятном мне языке. Потом женщина принесла поднос, на котором была рюмка водки и кусочки сыра. Офицер выпил и засобирался уходить. Я выбрался из своего укрытия и перешел на другую сторону улицы. Когда военный вышел, последовал за ним.

Он шел быстро в сторону вокзала и на улице Чапаева зашел в дом. Решив, что больше ничего узнать не смогу, я пришел в отдел НКВД, где рассказал оперативнику о том, что видел. К моему удивлению, он очень спокойно заявил: «Ну вот, явились не запылились!». И, обращаясь ко мне, сказал: «Ты никуда не уходи, подожди нас!». Примерно через час пять оперативников вернулись в отдел и привели двоих, среди которых я сразу узнал того человека в форме НКВД. С ним был незнакомый мужчина в штатском. Руки у них сзади были сцеплены наручниками. «Чего да почему» в то время спрашивать было не принято, хотя про себя я отметил: «Как хорошо работают ребята!».

Начиналось утро, когда оперативник сказал мне: «Сейчас пойдем задержим эту даму. Ты зайдешь первым как участковый, она тебя знает. Скажешь, проверка документов». Когда пришли, я толкнул входную дверь. Мы вошли. Хозяйка дома еще спала, и больше в доме никого не было, только на кровати в комнате квартирантки лежал тот самый бархатный халат. Было проверено много наиболее вероятных адресов, но женщина эта как сквозь землю провалилась.

И вот ведь какое дело! С тех пор прошло много лет. Давно закончилась война, и эти события начали стираться в памяти. Но как-то раз в старых записях я обнаружил данные на ту красавицу. Любопытство не давало мне покоя. Кто были эти люди? В свое время я только полагал, что они – немецкие шпионы. Я попросил своего хорошего знакомого, оперуполномоченного уголовного розыска КГБ, провести проверку по общесоюзному учету. Спустя какое-то время, он показал мне бланк, где написано: «Такая-то, такая и около пяти-семи фамилий, в основном, польские – резидент волжских городов германской разведки «Абвер», убита при задержании в 1945 году в городе Астрахани. Дата, подпись – и все». Я держал этот листочек в руках, вспоминал то время и образ той необыкновенно красивой женщины: «Неисповедимы пути твои, господи! Ей бы где-нибудь в театре выступать, а вот, поди же ты, шпионка, да какая!».

Ну, а жизнь того времени шла своим чередом. С каждым годом войны жить становилось все труднее. Хлеб выдавали по карточкам и очень мало. Местные жители перебивались урожаями с огородов, выручал подсолнечный жмых с маслозавода. Его кругом продавали. Жмых был ворованным, но на это уже никто не обращал внимания. А вот приезжим было плохо. Многие умирали от голода прямо на улицах, на вокзале, особенно в зимнее время.

Базарная площадь была самым людным местом города. Уже начали появляться инвалиды войны, без рук или ног и, как водится во все смутные времена, темные личности. Как-то, проходя через площадь, я обратил внимание на одного рыжего парня. Он сидел на чемодане, увидев меня, забеспокоился. Я подошел, представился и спросил документы. Он подал мне паспорт, но не советский, а иностранный (польский). На мой вопрос: «Что это такое?», он с сильным западным акцентом стал что-то объяснять, но я положил его документы в карман гимнастерки и попросил пройти в отдел милиции.

Когда я открыл входную дверь, намереваясь пропустить этого человека впереди себя, он вдруг поднял свой чемодан, резко ткнул его мне в лицо и бросился бежать. На какое-то мгновение я был ослеплен, а когда пришел в себя, его уже и след простыл.

Делать было нечего, я взял чемодан, зашел к начальнику и объяснил, как было дело. Начальник как обычно, указал мне на потерю бдительности и велел открыть чемодан. Мы открыли замки, подняли крышку и ахнули. Чемодан полностью был заполнен советскими купюрами. Что это был за человек, и где он взял такую кучу денег, так и осталось загадкой, хотя по тому времени удивляться было нечему… Деньги мы сдали в Госбанк.

Особенно запомнилось мне, когда летом 1942 года в Аткарск на переформирование прибыли моряки Черноморского флота. Эти были члены экипажей кораблей, легендарные защитники Севастополя и Одессы, которые первыми дали понять немецкому воинству, что их ждет в России в дальнейшем. Их было довольно много, и улицы заполнились военными в бескозырках, бушлатах, морских клешах.

Аткарск стал походить на приморский городок. Тут же появились и морские патрульные группы, так что каких-либо правонарушений с их стороны не было. К осени из них был сформирован пехотный полк. Свое морское обмундирование они сдали и были одеты в обычную солдатскую форму. Сдавать тельняшки и морские ремни с якорями категорически отказались. И начальство согласилось с этим.

В начале осени на площади был произведен строевой смотр полка. Побатальонно, с бодрой строевой песней моряки заходили на площадь. Пели они с большим вдохновением, да еще какой-то искусник покрывал припев песни разбойничьим свистом, лишний раз подчеркивал матросскую удаль. Все были одеты в солдатскую форму, через плечо шинельная скатка, в руках – новенькие автоматы. Но расстегнутые воротнички гимнастерок давали возможность увидеть всем полосочки тельняшек. Высокое воинское начальство с наскоро сколоченной трибуны обратилось к воинам с коротким напутствием. Оркестр грянул марш «Прощание славянки», и моряки направились к вокзалу, где их ждали товарные вагоны.

Все хорошо знали, что моряки отправляются на Сталинградский фронт. До самого вокзала аткарчане провожали моряков. Плакали женщины и старушки, бежали мальчишки, восхищаясь бравыми моряками. До Сталинграда путь был недалек, но, к великому прискорбью, для многих оказался он последним.

А зимой 1943 года никто не знал, откуда в городе появились военнослужащие Войска Польского, в основном, офицеры. Это были высокие, стройные военные люди. Все были одеты в светло-серые длинные шинели, и, несмотря на сильные морозы, носили не шапки, а национальные фуражки с четырехугольным верхом. В обращении были подчеркнуто вежливы. На улицах, как в каком-нибудь западном городке, слышалась польская и еврейская речь. В Аткарск во время эвакуации приехало много людей еврейской национальности, многие из которых впоследствии стали аткарчанами.

К концу войны уголовная преступность сильно возросла. Тайно распространялось огнестрельное оружие. Из Германии начали привозить ценные по тем временам вещи, которые и стали объектом преступных посягательств.

Особо опасных преступлений Аткарскому району в этот период удалось избежать, но только благодаря сильному коллективу горотдела милиции, где каждая фамилия была легендарной. Это начальник милиции майор Жарков, его заместитель капитан Полюнов, оперуполномоченный уголовного розыска Дзюба, участковые Бабкин, Зиновьев и многие другие.

Круглосуточная профилактическая работа сводилась к тому, что каждый вновь прибывший в Аткарск и вызывавший самые малейшие подозрения, брался на учет и лично предупреждался. С каждого из них работники милиции не спускали глаз до тех пор, пока в этом не отпадала необходимость.

Такова, вкратце, была жизнь нашего города в трудные военные годы.

Юрий Павлович ГРАЧЕВ, сотрудник Аткарского ОВД в 1960-1990 г.г.

 

История Аткарска

Возникновение и развитие города Аткарска

О первоначальном Аткарске и уезде

Аткарск послереволюционный

Аткарск в годы Великой Отечественной войны

Культурная жизнь послевоенного Аткарска

Послевоенный духовой оркестр: музыканты от бога

Аткарская средняя школа № 1

Аткарский парк

История Совета ветеранов

История учхоза "Муммовское"

Аткарский дом-интернат для престарелых и инвалидов

Водоснабжение города Аткарска

Кинотеатры города Аткарска

Профессиональный лицей № 21: кузница рабочих кадров

 

Читайте также интересные новости:

Замечания и предложения направляйте по адресу: uezd1966@mail.ru. Телефон 8(84552) 31-900. Главный редактор – Валентина Сенькова При использовании материалов сайта активная гиперссылка на atkarskuezd.ru обязательна. Любое незаконное копирование без указания источника преследуется по законам РФ. Мнение редакции может не совпадать с мнением авторов. Редакция не несет ответственности за содержание комментариев читателей.